4f2e4c5a

Матрос Лариса - Литературные Рецензии И Обзоры



Лариса Матрос
Литературные рецензии и обзоры
ПРОСТРАНСТВО И ВРЕМЯ
ЗАГАДОЧНОЕ СЛОВО "АРЗАМАС"
У ПОБЕРЕЖЬЯ
НЕОБХОДИМА ПРИСТАНЬ
РЕСПУБЛИКА МУЗ
ПОТЕРИ И ОБРЕТЕНИЯ
КОГДА СВОБОДОЮ ГОРЯТ, КОГДА СЕРДЦА ДЛЯ ЧЕСТИ ЖИВЫ
"БОЛЬШОМУ ВАШИНГТОНУ" к юбилею
ПРОСТРАНСТВО И ВРЕМЯ
(Размышления над книгой Юрия Дружникова "Я родился в очереди")
Когда ко мне в руки попала книга Ю Дружникова "Я родился в очереди", то
само название ее вызвало ассоциации, связанные с ранним детством. В памяти
запечатлелась картина: зимнее холодное утро, теплолюбивые одесситы -
обитатели нашего двора (среди которых и моя мама). Закутанные кто во что
горазд, съежившись, они выскакивали из своих квартир, чтобы быстро вставить
в цепь очереди, опоясывающей весь двор к водопроводу, ведро в качестве
своего "полномочного представителя". Это ведро было призвано дождаться
времени, когда будет подана питьевая вода. (Как известно, Одесса, омываемая
Черным морем и окруженная лиманами, заливами и прочей водой, по иронии
судьбы, испытывает недостаток питьевой воды, который в годы войны и
послевоенных лишений был особенно обострен). Эти металлические, "стоящие в
очереди", застывшие от холода ведра: алюминиевые, цинковые и др.,
изуродованные и используемые часто не по назначению, отражали измученные
судьбы своих хозяев, еще не пришедших в себя после военных лишений и ран. К
середине дня "ворчащий и гудящий", словно озлобленный на всех из-за редкого
для Одессы холода, водопровод начинал выплескивать воду. Соседи выскакивали
из квартир, брали осторожно ведра, бережно унося их, не щадя подвергавшихся
ударам ведер ног и оттянутых ведрами рук во имя спасения каждой капли воды.
Побеждая все сезоны, яркое и веселое одесское солнце, отражаясь в воде,
играло с ней, словно обещая людям что вот-вот, "еще немного, еще чуть-чуть"
и все их невзгоды, лишения, неустроенность жизни и очереди за всем кончатся,
рассосутся, как и эта очередь, после наполнения ведер водой.
Но годы летели и ничего (ни полки магазинов с продуктами и товарами, ни
улицы с новыми домами и ничто другое из призванного удовлетворять насущные
потребности людей) в богатейшей природными ресурсами и людскими талантами
стране "не наполнялось" настолько, чтоб исчезали очереди. Наоборот, очереди
лишь все более и более "обвязывали" все стороны жизни, определяя ее
пространство и время.
Своей книге Юрий Дружников предпослал слова: "Было время, в котором /
Нам не было места". Эти слова можно было б дополнить: "Но было место, где
постоянно востребовалось наше время". Этим местом была ОЧЕРЕДЬ.
В шестидесятых годах настало время Хрущевской "оттепели". Набирала
обороты конкретная социология в лице преисполненных энтузиазма социологов,
пришедших из разных областей знаний и изучавших структуру расходования
бюджета времени разными категориями "трудящихся". В официальных документах,
в том числе в законодательстве, бюджет времени трудящихся СССР делился
только на две категории "РАБОЧЕЕ ВРЕМЯ и ВРЕМЯ ОТДЫХА (!)".
Проанализированные социологами данные анкетных опросов, интервью,
хронометражи выливались в рассчитанные с точностью до минут конкретные
нерадостные цифры о том, что с учетом времени затрат на транспорт и быт,
связанное с ними простаивание в очередях, "свободное время", как таковое,
было сведено до минимума. А ведь оно должно было обеспечить возможность
общения в семье, воспитание детей, досуг, спорт, "всестороннее развития
личности" у семейных пар, и особенно у женщин. Причем динамика этих
процесс



Назад